Кастрюлин С.

"Манкурт"

Ходжакули Нарлиев: "Мы, кинематографисты, всегда ждем какого-то чуда"

...В 1990 году туpкменский кинорежиссер Ходжакули Нарлиев снял по сценарию Чингиза Айтматова кинофильм "Манкурт" - философскую притчу о существе, лишенном памяти о пpедках, о матери, лишенном чувства стыда, совести, чести, превращенном в зверя в человеческом обличии. Этот намек на его персону не простил покойный Туркменбаши. После этого фильма Нарлиев, как и другие прогрессивные кинорежиссеры Туркменистана, подвергался опале. В прошлом году Рустам Ибрагимбеков посмотрел этот фильм на конкурсном показе на Каннском кинофестивале и предложил Нарлиеву привезти фильм для показа на IX Бакинском международном кинофестивале "Восток-Запад", организованном Фондом 100-летия мирового кино в Азербайджане, Союзом кинематографистов, Государственным фильмофондом Азербайджана и Конфедерацией Союзов кинематографистов СНГ и стран Балтии.
Корреспондент "Зеpкала" в один из последних дней кинофестиваля взял у известного в советские годы кинорежиссера интервью.
Наше досье
Ходжакули Нарлиев (1937 г.р.), туркменский оператор, кинорежиссер, заслуженный деятель искусств Туркменской ССР (1980). Снял фильмы: "Состязание" (1964), "Утоление жажды" (1967), "Рабыня" (1970). Поставил фильмы: "Невестка" (1972), "Когда женщина оседлает коня" (1975), "Фраги, разлученный со счастьем" (1984), "Манкурт" ( 1990 г.). Председатель Союза кинематографистов Туркмениистана.
- В номинации "Спецпоказ" на кинофестивале "Восток-Запад" был представлен ваш фильм "Манкурт". Я знаю, что он был запрещен для показа в Туркменистане при жизни Туркменбаши. Почему?
- Наверное, потому, что во все времена нельзя сделать рабами весь народ, как это кажется некоторым правителям. Сегодня другое время, и у людей появились иные взгляды на жизнь, навеянные живительным ветром перемен как в экономике, так и в мышлении.
- Чем вы занимались последние 17 лет? Давно известно, что творческая личность без любимой работы быстро деградирует. Как вам удалось удержаться на плаву?
- В конце 90-х вся моя семья переехала на постоянное жительство в Москву. В получение жилплощади мне помогло и то, что долгие годы я был председателем Союза кинематографистов Туркменистана. Потом я стал искать пути, чтобы продолжить свою работу в искусстве кино. Но менялось время. Тот Союз "нерушимых республик свободных", о котором с иронией нередко говорит молодое поколение, распался. Новое время диктовало работникам искусства новые условия. Чтобы выжить, кинематографистам приходилось браться за многое, о чем лучше не говорить.
Все разбежались по своим республикам с желанием творить. Но киноискусство - дело коллективное. И чтобы делать что-то новое, необходимо опираться на пройденный путь. С учетом того, что накоплено совместными усилиями советских кинематографистов. Но этого не произошло. Бывшие союзники стали искать новое на Западе и проиграли. Многие кинематографисты стали обращаться к истории, чтобы вернуться к истокам народа, его традициям. Я тоже обратился к истории и стал собирать материалы о поэтах и писателях своей страны, живших на рубеже конца ХIХ-начала ХХ века.
Искал интересные материалы и о поэтах России. Параллельно сбору материала, искал спонсоров для съемок фильма. Первую поддержку в этом плане мне оказали Федеральное агентство по культуре России и частные фирмы. С их помощью мне в прошлом году удалось завершить съемку трехсерийного кинофильма о поэте Гумилеве. Затем я снял несколько документальных фильмов о том, что в годы советской власти не было российского ига, как принято говорить и писать в некоторых странах бывшего постсоветского пространства. И это я попытался доказать на примере выводов известных ученых-политологов.
А третий мой фильм о том, как на большом евразийском пространстве все народы выучили русский язык. Это дало им большой толчок для развития цивилизации. И то, что сегодня он выкорчевывается в некоторых республиках СНГ, думается, принесет немало вреда развитию в том числе и культуры малых наций, как это происходило до недавнего времени в Туркменистане.
- А вы не думаете, как в былые времена, замахнуться на большое игровое кино?
- Есть такие планы. В следующем году буду снимать фильм на российскую тему. Это Беслан и терроризм. Эта острая по своей значимости тема захватывает не только одну Россию. Она практически охватывает весь мир. Откуда идут истоки, и как с этим бороться? Вот эти вопросы я попытаюсь осветить в моем фильме.
- А что-то для души о родной стране и ее проблемах снимать будете?
- Планы есть, и их немало. Но развития кино в Туркменистане пока не наблюдается. Работает только телевидение.
- А какое впечатление произвел Бакинский кинофестиваль?
- Мы, кинематографисты, всегда ждем какого-то чуда, в том числе и от этого кинофестиваля. Мы все здесь для того, чтобы увидеть что-то новое, талантливое и выдающееся. На мой взгляд, "Восток-Запад" даст путь в большое кино многим доселе не очень известным кинематографистам. Не буду называть имен, но скажу, что у некоторых из них неизвестно как, но сохранилось бережное отношение к советской концепции построения кадра, развития сюжета, монтажа, взятое у корифеев советского киноискусства. И это трогает.
- Говорят, что общие беды, проблемы, трудности рождают у кинематографистов зачастую унылую интонацию: едва ли не в половине конкурсных фильмов на многих фестивалях наша жизнь с большим или меньшим изяществом сравнивается с сумасшедшим домом.
- Думаю, что такая тенденция не проявила себя на этом кинофестивале. Многие представленные на фестивальный показ фильмы сняты в жанре мелодрамы. А это накладывает на режиссера определенные требования, которые идут вразрез с тем сравнением, о котором вы говорите. Хотя, конечно, на некоторых кинофестивалях отмеченная вами тенденция наблюдается. Молодые кинематографисты стараются в своих фильмах как-то выделиться, и их затея создать иллюзию сумашедшего дома в фильме присутствует. Но она не всегда совпадает с фабулой фильма, жанром, что и отмечается критикой.

Зеркало.-2007.-19 сентября.-С.8.