Хаиндрава Г.

«Выход в национальных конфликтах почти всегда возможен»

- Говорят, что вы потомственный революционер и диссидент?
- Можно сказать и так. Мой дед, отец и я были политзаключенными. Все трое мы выступали против несправедливости, существующей в политических системах: вначале это была царская Россия, затем Советский Союз. Мой дед сидел еще при царе, отец - в сталинских лагерях, а мне за мои попытки противостояния тоталитарному режиму в СССР пришлось пройти через застенки КГБ. В принципе можно сказать, что деятельность в этом направлении и привела меня в большую политику, несмотря на мое кинематографическое образование.
- Будучи некоторое время назад государственным министром Грузии по урегулированию конфликтов, вы непосредственно были вовлечены в решение существующей очень непростой проблемы. Как, по-вашему, есть ли возможность прийти к согласию двум народам, взявшим оружие в руки?
- Да, можно найти выход. Даже в самых горячих точках. Для этого нужно опять же не так уж много: ясный разум, добрая воля. Очень часто за региональными конфликтами стоят амбиции и интересы больших стран. Это важно понимать непосредственным участникам конфликтов и не поддаваться на провокации. Например, могу сказать уверенно: ни осетины, ни абхазы, ни грузины не могли быть заинтересованы в уничтожении друг друга. Земля, за которую ведется борьба, - родина для всех них. Они имеют равные на нее права. Поэтому лучший выход - сесть за стол переговоров. На Кавказе существуют старинные традиции по примирению даже самых заклятых врагов - они вполне могут пригодиться в данном случае.
- Сейчас вы в Баку в совершенно ином качестве. На фестивале оказалось немало фильмов о войне, но ваша черно-белая лента задевает зрителя гораздо сильнее, чем иные цветные киноленты, имеющие многомиллионные бюджеты. Фильм настолько реалистичен, что кажется документальной лентой, снятой оператором, волею случая оказавшимся в районе боевых действий…
- Нет. Это игровой, художественный фильм, тут нет никакой документалистики. Просто картина снималась в районах реальных боевых действий. Хотя есть несколько кадров, сделанных во время вооруженных столкновений между грузинами и абхазами. Они присутствуют в фильме. В результате даже было ранено несколько членов съемочной группы. Мы старались сделать все, чтобы фильм напоминал настоящую живую хронику с войны. Наша позиция была такова - мы снимаем абсолютно нейтральное кино, где нет героев и победителей, а только констатация фактов. В фильме по сюжету друг против друга воюют даже родственники. В этом и вся глупость войны. И, кажется, получилось… Я рад, что исполнитель главной роли в фильме на кинофестивале «Восток- Запад» удостоился приза «за самый мужественный образ».
- Говорят, что в некоторых кадрах в фильме в качестве противника грузин запечатлен настоящий армянский батальон?
- Нет, это слухи. Хотя действительно был такой батальон - имени Баграмяна, он принимал участие в боевых действиях на абхазской стороне. Но в фильме кадров с его участием нет.
- Известно, что вы снимали во многих горячих точках: события в Тбилиси в 90-х, 20 января в Баку...
- Да, я был практически везде. И в Баку, и в Карабахе, и в Фергане. Занимался съемкой для грузинского киноархива. Дело в том, что я закончил операторский, а затем и режиссерский факультеты, поэтому мог сам и снимать, и монтировать. И, конечно, в условиях военных действий намного удобней, когда работает не целая съемочная группа, а один человек.
- На церемонии получения награды в Баку вы сказали, что это хороший повод вернуться в большое кино. А как же политика?
- Мне трудно назвать политику основным делом жизни. Скорее это была работа, которую я выполнял, стремясь принести больше пользы своей стране. Но проявить себя в полной мере, самореализоваться я могу лишь в кино. Так что начну, пожалуй, все сначала.

Азербай джан ские Из вес тия.-2007.-19 сентября.-С.3.